Неточные совпадения
То направлял он прогулку свою по плоской вершине возвышений,
в виду расстилавшихся внизу долин, по которым повсюду оставались еще большие озера от разлития воды; или же вступал
в овраги, где едва начинавшие убираться листьями дерева отягчены птичьими гнездами, — оглушенный карканьем ворон, разговорами галок и граньями грачей, перекрестными летаньями, помрачавшими небо; или же спускался вниз к поемным местам и разорванным плотинам — глядеть, как с оглушительным шумом неслась повергаться вода на мельничные колеса; или же пробирался дале к
пристани, откуда неслись, вместе с течью воды, первые суда, нагруженные горохом, овсом, ячменем и пшеницей; или отправлялся
в поля на первые весенние работы глядеть, как свежая орань черной полосою проходила по зелени, или же как ловкий сеятель бросал из горсти семена ровно, метко, ни зернышка не передавши на ту или другую
сторону.
Аммос Федорович (
в сторону).Вот выкинет штуку, когда
в самом деле сделается генералом! Вот уж кому
пристало генеральство, как корове седло! Ну, брат, нет, до этого еще далека песня. Тут и почище тебя есть, а до сих пор еще не генералы.
А когда все это неистовое притихло, во двор вошел щеголеватый помощник полицейского
пристава, сопровождаемый бритым человеком
в темных очках, вошел, спросил у Клима документы, передал их
в руку человека
в очках, тот посмотрел на бумаги и, кивнув головой
в сторону ворот, сухо сказал...
Постоялый двор, или, по-тамошнему, умет, находился
в стороне,
в степи, далече от всякого селения, и очень походил на разбойническую
пристань.
Множество возвращающегося с работы простого народа толпилось на
пристани, ожидая очереди попасть на паром, перевозивший на другую
сторону, где первая кидалась
в глаза куча навозу, грязный берег, две-три грязные хижины, два-три тощие дерева и за всем этим — вспаханные поля.
От тяжести акулы и от усилий ее освободиться железный крюк начал понемногу разгибаться, веревка затрещала. Еще одно усилие со
стороны акулы — веревка не выдержала бы, и акула унесла бы
в море крюк, часть веревки и растерзанную челюсть. «Держи! держи! ташши скорее!» — раздавалось между тем у нас над головой. «Нет, постой ташшить! — кричали другие, — оборвется; давай конец!» (Конец — веревка, которую бросают с судна шлюпкам, когда
пристают и
в других подобных случаях.)
Сегодня, 19-го, явились опять двое, и, между прочим, Ойе-Саброски, «с маленькой просьбой от губернатора, — сказали они, — завтра, 20-го, поедет князь Чикузен или Цикузен, от одной
пристани к другой
в проливе, смотреть свои казармы и войска, так не может ли корвет немного отодвинуться
в сторону, потому что князя будут сопровождать до ста лодок, так им трудно будет проехать».
Караул построился
в две шеренги по правую
сторону пристани, офицеры по левую.
Дежурная комната находилась
в правой
стороне нижнего этажа, стена
в стену с гауптвахтой, а с другой ее
стороны была квартира полицейского врача. Над участком — квартира
пристава, а над караульным домом, гауптвахтой и квартирой врача — казарма пожарной команды, грязная и промозглая.
Залив Ольги закрыт с трех
сторон; он имеет 3 км
в длину, столько же
в ширину и
в глубину около 25 м. Зимой он замерзает на 3 месяца только с северной
стороны. Северо-восточная часть залива образует еще особую бухту, называемую местными жителями Тихою
пристанью. Эта бухта соединяется с большим заливом узким проходом и замерзает на более продолжительное время. Тихая
пристань (глубиною посредине 10–12 м, длиною с километр и шириною 500 м) постепенно заполняется наносами речки Ольги.
С Крестовой горы можно было хорошо рассмотреть все окрестности.
В одну
сторону шла широкая долина Вай-Фудзина. Вследствие того что около реки Сандагоу она делает излом, конца ее не видно. Сихотэ-Алинь заслоняли теперь другие горы. К северо-западу протянулась река Арзамасовка. Она загибала на север и терялась где-то
в горах. Продолжением бухты Тихой
пристани является живописная долина реки Ольги, текущей параллельно берегу моря.
— Дело божье, Харитон Артемьич, — политично ответил гость, собирая свои корочки
в сторону. — А девицам не
пристало слушать наши с тобой речи. Пожалуй, и лишнее скажем.
Минею Парамонову с осиповским токарем идти было по дороге, но к ним
пристал и дюжий Илья, хоть его деревня Пустобоярово была совсем
в другой
стороне. Молча шли они, и, когда вышли за ежовскую околицу, вымолвил слово Илья...
Неумные эти разговоры, с незначительными видоизменениями, возобновляются беспрерывно
в присутствии самого Сережи, который чутко вслушивается и колеблется, к какой
стороне пристать.
— Так по-людски не живут, — говорил старик отец, — она еще ребенок, образования не получила, никакого разговора, кроме самого обыкновенного, не понимает, а ты к ней с высокими мыслями
пристаешь, молишься на нее. Оттого и глядите вы
в разные
стороны. Только уж что-то рано у вас нелады начались; не надо было ей позволять гостей принимать.
И на
пристани, и
в гостинице, и на хлебной бирже прислушивается Алексей, не зайдет ли речь про какое местечко. Кой у кого даже выспрашивал, но все понапрасну. Сказывали про места, да не такие, какого хотелось бы. Да и на те с ветру людей не брали, больше все по знакомству либо за известной порукой. А его ни едина душа по всему городу́ не знает, ровно за тридевять земель от родной
стороны он заехал. Нет доброхотов — всяк за себя, и не то что чужанина, земляка — и того всяк норовит под свой ноготь гнуть.
— Нет, вы теперь объясните мне: согласны вы, чтобы гробовщики жили на одном правиле с столярями? —
приставал бас с другой
стороны Лизиной комнаты. — Согласны, — так так и скажите. А я на это ни
в жизнь, ни за что не согласен. Я сам доступлю к князю Суворову и к министру и скажу: так и так и извольте это дело рассудить, потому как ваша на все это есть воля. Как вам угодно, так это дело и рассудите, но только моего на это согласия никакого нет.
По окончании официальной
стороны дела, становой
пристав, опечатав двери кабинета, отправился вместе с Голем и Гиршфельдом
в столовую, где был накрыт запоздалый завтрак.
В залу
в этот момент вошли с одной
стороны присяжные заседатели, а с другой подсудимые, сопровождаемые судебными
приставами. Когда те и другие уселись, резкий голос третьего судебного
пристава, прокричал: суд идет.
Добрый властитель Москвы по поводу таких толков имел наконец серьезное объяснение с обер-полицеймейстером; причем оказалось, что обер-полицеймейстер совершенно не знал ничего этого и, возвратясь от генерал-губернатора, вызвал к себе полицеймейстера,
в районе которого случилось это событие, но тот также ничего не ведал, и
в конце концов обнаружилось, что все это устроил без всякого предписания со
стороны начальства толстенький частный
пристав, которому обер-полицеймейстер за сию проделку предложил подать
в отставку; но важеватый друг актеров, однако, вывернулся: он как-то долез до генерал-губернатора, встал перед ним на колени, расплакался и повторял только: «Ваше сиятельство!
Конечно, ваше сиятельство, это была ошибка моя, но ошибка невинная!» Маститый властитель, поверив, что это
в самом деле была невинная ошибка со
стороны частного
пристава, позволил ему остаться на службе, строго наказав ему, чтобы впредь подобных ошибок он не делал.
На противоположной
стороне, на
пристани, идет суета; нагружаются и разгружаются воза с кладью; взбираются по деревянной лестнице
в гору крючники с пятипудовыми тяжестями за плечьми.
Как все изменилось! как все вдруг шарахнулось
в сторону! Давно ли исправники пламенели либерализмом, давно ли частные
пристава обливались слезами, делая домовые выемки! Давно ли?.. да не больше десяти лет тому назад!
С одной
стороны, она производит людей-мучеников 2, которых повсюду преследует представление о родине, но которые все-таки по совести не могут отрицать, что на родине их ожидает разговор с становым
приставом; с другой — людей-мудрецов, которые раз навсегда порешили: пускай родина процветает особо, а я буду процветать тоже особо, ибо лучше два-три месяца подышать полною грудью, нежели просидеть их
в «холодной»…
Частный
пристав Рогуля, который это озирание принимает за желание со
стороны его превосходительства, чтоб где-нибудь произведен был порядок, стремглав бросается
в сторону и начинает толкаться.
Разбитной (смотря на него с изумлением,
в сторону). Вот
пристал! (Громко.) Нет, это дедушка того Желвакова… (К Налетову.) Et voici notre existence, mon cher! tous les jours nous sommes exposés aux sottes questions de ce tas de gens qui puent, mais qui puent… pouah! [Вот каково наше существование, дорогой мой! каждый день нас осаждает глупыми вопросами эта толпа людей, от которых воняет, так воняет… фу! (франц.)]
Когда наконец режиссер — судебный
пристав — пришел за подсудимыми, то они уже были готовы для отражения всякой атаки со
стороны их общего врага — прокурора — и спокойно, даже торжественно, вошли
в зал заседания, где и заняли места впереди своих защитников.
Господам, разумеется, это не
пристало, и они от этого сейчас
в сторону; да и где им с этим татарином сечься, он бы, поганый, их всех перебил. А у моего ремонтера тогда уже и денег-то не очень густо было, потому он
в Пензе опять
в карты проигрался, а лошадь ему, я вижу, хочется. Вот я его сзади дернул за рукав, да и говорю: так и так, мол, лишнего сулить не надо, а что хан требует, то дайте, а я с Савакиреем сяду потягаться на мировую. Он было не хотел, но я упросил, говорю...
Лозищане глядели, разинувши рты, как он
пристал к одному кораблю, как что-то протянулось с него на корабль, точно тонкая жердочка, по которой, как муравьи, поползли люди и вещи. А там и самый корабль дохнул черным дымом, загудел глубоким и гулким голосом, как огромный бугай
в стаде коров, — и тихо двинулся по реке, между мелкими судами, стоявшими по
сторонам или быстро уступавшими дорогу.
Прими с улыбкою, мой друг,
Свободной музы приношенье:
Тебе я посвятил изгнанной лиры пенье
И вдохновенный свой досуг.
Когда я погибал, безвинный, безотрадный,
И шепот клеветы внимал со всех
сторон,
Когда кинжал измены хладный,
Когда любви тяжелый сон
Меня терзали и мертвили,
Я близ тебя еще спокойство находил;
Я сердцем отдыхал — друг друга мы любили:
И бури надо мной свирепость утомили,
Я
в мирной
пристани богов благословил.
В славную
пристань вошли мы: ее образуют утесы, круто с обеих
сторон поднимаясь…» Листригоны — лестригоны (греч.) — сказочный народ великанов-людоедов.]
После обеда, когда я успел немного отдохнуть от вороха воспринятых ощущений, я опять отправился бродить по
пристани, только на этот раз пошел не к караванной конторе, а
в противоположную
сторону, по нагорному берегу Чусовой, где виднелись сплавные избы и толпы бурлаков не были так густы.
— Я с малых лет настоящего искал, а жил… как щепа
в ручье… бросало меня из
стороны в сторону… и всё вокруг меня было мутное, грязное, беспокойное.
Пристать не к чему… И вот — бросило меня к вам. Вижу — первый раз
в жизни! — живут люди тихо, чисто,
в любви…
Он некоторое время стоял и, видимо, хотел что-то сказать; быть может, он даже думал сейчас же предложить ей разделить с ним бремя власти. Но вместо того только разевал рот и тянулся корпусом вперед. Она тоже молчала и, повернув
в сторону рдеющее лицо, потихоньку смеялась. Вдруг он взглянул вперед и увидел, что из-за угла соседнего дома высовывается голова частного
пристава и с любопытством следит за его движениями. Как ужаленный, он круто повернул налево кругом и быстрыми шагами стал удаляться назад.
Между тем они вошли
в улицу, или, лучше сказать, переулок, ведущий прямо к
пристани: по обеим его
сторонам тянулись длинные заборы, и только изредка кой-где выстроены были небольшие избы, но и те казались пустыми и, вероятно, служили амбарами для складки хлеба и товаров.
Только одна Нюша оставалась прежней Нюшей — развей горе веревочкой, — хотя и
приставала к бабушке с разговорами о платьях. Несмотря на размолвки отцов, Нюша и Феня остались неразлучны по-прежнему и частили одна к другой, благо свободного времени не занимать стать. Эти молодые особы смотрели на совершившееся около них с своей точки зрения и решительно не понимали поведения стариков, которые расползлись
в разные
стороны, как окормленные бурой тараканы.
Мы вышли на палубу. Светало. Тусклые, серые волны мрачно и медленно вздымались, водная гладь казалась выпуклою. По ту
сторону озера нежно голубели далекие горы. На
пристани, к которой мы подплывали, еще горели огни, а кругом к берегу теснились заросшие лесом горы, мрачные, как тоска.
В отрогах и на вершинах белел снег. Черные горы эти казались густо закопченными, и боры на них — шершавою, взлохмаченною сажею, какая бывает
в долго не чищенных печных трубах. Было удивительно, как черны эти горы и боры.
Составив протокол о своих следственных действиях,
пристав заключил следствие и вновь представил его прокурору, который, со своей
стороны признав дело полным, препроводил его на решение
в губернский суд, составлявший
в Сибири такое же судебное место, каким
в центральной России были
в дореформенное время «палаты гражданского и уголовного суда».
Я просто совершила подвиг: дошла пешком до Невского. Был час четвертый уж. На солнечную
сторону я не пошла. Одной, без человека: все эти миоши
пристанут. Иду по тому тротуару, где гостиный. Порядочно устала к Аничкову мосту. Думаю себе:"Ну, если б теперь хоть даже Паша Узлов предложил руку, я бы не отказалась". Одышка меня схватила. На углу Владимирской я остановилась
в раздумьи: вернуться мне назад по Невскому или взять по Владимирской? Поднялся маленький снежок. Я надвинула на голову башлык.
Они сидели поздним утром на террасе, окруженной с двух
сторон лесом… На столе кипел самовар. Теркин только что приехал с
пристани. Серафима не ждала его
в этот день. Неожиданность радости так ее всколыхнула, что у нее совсем подкосились ноги, когда она выбежала на крыльцо, завидев экипаж.
Пошел ты из своей родины, изо Твери, от святого Спаса златоверхого, с его милостью, от великого князя Михаилы Борисовича и от владыки Геннадия; потом поплыл Волгою,
в Калязине взял благословение у игумена Макария;
в Нижнем Новгороде ждал татарского посла, что ехал восвояси от нашего великого князя Ивана с кречетами; тут же
пристали к вам наши русские, что шли по-твоему
в дальнюю
сторону, и с ними потянул ты Волгою.
Когда ж находилась между двух противных
сторон, старалась осторожно пройти между Сциллой и Харибдой, или
пристать к той, которая весила более на весах ее своим богатством и значением
в свете.
В начале этой перепутанной борьбы был один ученый, отказывавшийся прямо
пристать к той или другой
стороне.
Но наконец, прижатый к стене, ты как-то загадочно киваешь
в ту
сторону, где имеет квартиру становой
пристав Грацианов.
Под влиянием этой горькой мысли я начал задумываться и хиреть и все чаще и чаще обращал взоры
в ту
сторону, где благоденствовал беспечальный купец Разуваев. Вот кабы сбыть ему Монрепо со всеми потрохами: и с земским цензом, и с политическим будущим, и с перспективой пользоваться дружеским расположением станового
пристава! Вот так бы штука была!
А что, ежели и
в самом деле казачишки подымутся, да
пристанут к ним воровские люди со всех
сторон, да башкиришки, да слобожане с заводскими?
Мартьянов скорчил страшную гримасу и вдруг — чихнул прямо на голову Петунникова. Тот вскрикнул, присел и прыгнул
в сторону, чуть не сбив с ног
пристава, который едва удержал его, раскрыв ему объятия.
Как океан объемлет шар земной,
Земная жизнь кругом объята снами.
Настанет ночь, и звучными волнами
Стихия бьет о берег свой.
То глас ее: он будит нас и просит.
Уж
в пристани волшебной ожил чёлн…
Прилив растет и быстро нас уносит
В неизмеримость темных волн.
Небесный свод, горящий славой звездной,
Таинственно глядит из глубины.
И мы плывем, пылающею бездной
Со всех
сторон окружены.
Вот, думаю, когда я достал себе, наконец, к этому делу настоящего мастера! И очень был этому рад, да и как рад-то! Откровенно скажу вам — с самой казенной точки зрения, — потому что… и архиерей ведь тоже, господа, человек, и ему надокучит, когда одна власть
пристает: «крести», а другая — «пусти»… Ну их совсем! скорей как-нибудь кончить
в одну
сторону, и как попался ловкий креститель, так пусть уже зауряд все крестит, авось и людям спокойнее станет.
— Вряд ли, сударь!.. По-нашему, не может… Вот хоть бы нашу
сторону взять…
Сторона гужевая: от Волги четыреста, от Оки двести верст, реки,
пристани далеко — надо все гужом. Вот
в запрошлый год и уродились у нас хлеба вдоволь, а промысла на ту пору позамялись… Мужик волком и взвыл, для того, что ему хлебом одним не прожить… Крестьянско житье тоже деньгу просит. Спаси, господи, и помилуй православных от недорода, да избавь, царю небесный, и от того, чтобы много-то хлеба родилось.